454000, Челябинск
пл.Революции, 6

Тел.236-53-82

Заметки критика:

РАЗБИТОЕ ЗЕРКАЛО
Двойники Марины Меримсон

У каждого артиста есть мгновения, полные полета. Есть, разумеется, и провалы. Перепады эти создают неповторимый рисунок судьбы -- единственной роли, что играется без дублеров и репетиций. В день бенефиса актрисы академической драмы Марины Меримсон вспомним несколько эпизодов из ее творческой жизни. Первую роль Меримсон получила, можно сказать, случайно. После неудачного поступления в Ленинградский театральный ("девочку из еврейской семьи турнули с первого тура. Там такие девицы ходили, и я среди них, в школьной форме. Как гадкий утенок...") работала в помсоставе Кировского театра. Изображала за кулисами гром, выходила в массовках. И вдруг актриса сломала руку. Роль получила за два часа до начала. Как вышла на сцену не помнит: ослепили софиты, темнота зала... Случилось это на спектакле "Годы странствий" А. Арбузова.

Теперь считается: внешность у Меримсон "несоветская", богемная. И лучше всего у нее получаются роли из "современного западного репертуара". Гибсон, Уильямс, Голдмэн, тихая истерика медленного сумасшествия. Однако ж наравне с англоязычными были и наши А.Арбузов, и А.Галин, и В.Розов. Последний вообще считает, что М.Меримсон переиграла Т.Самойлову. Как известно, фильм "Летят журавли" поставлен по его пьесе "Вечно живые". Работая в Красноярске, Меримсон играла в ней главную роль.

И вот, после спектакля, на сцену поднялся автор. Каждому Виктор Розов пожал руку, а Меримсон обнял и расцеловал. В кулуарах долго обсуждали его слова: драматург даже и представить себе не мог, что кто-то сможет сделать роль Самойловой иначе. И лучше. Вряд ли то, первое впечатление было случайным -- еще несколько лет подряд, на театральных семинарах Виктор Розов вспоминал пронзительную актрису из Сибири.

Другой богатый случай произошел с Меримсон в Кемерово. Играли "Анну" М.Ганиной -- пьесу про женщину-бригадира строителей, сильную и волевую Анну. Уже после спектакля Меримсон передали записку: "Ваша Анна много лучше и сильнее меня..." Оказывается, в зале была Анна Рысакова, с которой Ганина и писала свою героиню. Женщины встретились и подружились, долгое время переписывались... Да, ради такого стоит жить -- не каждому, лицом к лицу, выпадает встреча с собственным двойником.

Еще одного двойника Марина Меримсон обрела в пьесе Теннесси Уильямса "Татуированная роза". Кстати, именно с нее начался путь актрисы в челябинском драматическом. Прочитав пьесу, Меримсон захлебнулась похожестью характера и судьбы главной героини со своей. До сих пор актриса убеждена, что спектакль состоялся вопреки: режиссера и репетиции вспоминает она с явным недоумением. "Но у меня был прекрасный партнер Мошкин -- мы жили с ним дверь в дверь и могли репетировать круглосуточно." Весь второй акт держался на сценах этого дуэта. Успех был ошеломительный. Увидев постановку, главный режиссер театра Ленсовета Игорь Владимиров сказал: "Странно: нет режиссера и, вдруг, в спектакле -- спектакль, мощный актерский дуэт." И -- пригласил Меримсон в Ленинград.

Согласилась она не сразу. Только когда почувствовала, что на самом деле будет востребована. Но, казалось, иначе и быть не могло: Владимиров буквально обрывал телефон, просил, умолял и требовал. Он сам признавал, что никогда и никого не зазывал к себе в театр так, как Меримсон. Дело в том, что в то же самое время прима Ленсовета Алиса Френдлих ездила играть в "Современник". И на каждом углу обещала остаться в Москве. Но не осталась. В Ленинград Френдлих и Меримсон приехали практически одновременно -- к началу нового сезона.

И, может, к лучшему. Иначе бы не случилось созвездия ее нынешних работ -- в спектаклях А.Житинкина по пьесам Т.Уильямса, в роли королевы Елизаветы из "Марии Стюарт" Шиллера-Каца. Или в "Быть или не быть" У.Гибсона. И в "Кто боится Вирджинии Вулф?" Э.Олби. И, разумеется, в "Льве зимой" Голдмэна, поставленного М.Филимоновым точно специально на нее. Именно его Марина Меримсон и выбрала для своего нынешнего бенефиса.

Факт заставляющий задуматься -- она никогда не играла в пьесах Чехова. Заложница не вечности ("Что ей Гекуба?!"), но современности, сиюминутности. Которая и есть, быть может, главный идол театра. Можно только догадываться, почему востребованной и реализованной оказалась именно эта сторона ее дарования. Казалось бы -- какая из Меримсон "современная героиня "? Она же вся там -- в мареве воспоминаний (как обозначен жанр "Французского квартала"), мечтаний и теней... А вдруг мы просто плохо себе представляем какой должна быть истинно современная женщина?

Есть стойкая легенда, что работать с Меримсон трудно, что у нее неуживчивый характер. Сама актриса этого не отрицает. "- Да, у меня ужасный характер. Но он труден для малоодаренных людей, лентяев, бездарей, халтурщиков..." Не потому ли она и кажется со стороны вопиюще несовременной ?

"Челябинский рабочий"

   Home page * Репертуар месяца * Аннотации к спектаклям * Статьи и рецензии * Актеры